В защиту нерожденных детей

Я усыновленная. Моей биологической матери было 17, как и моему биологическому отцу.
Моя мать решила пойти в «Planned Parenthood» (Планируемое Родительство) -  самый большой абортарий, на седьмом с половиной месяце беременности, и ей посоветовали сделать солевой аборт на позднем сроке. Солевой раствор вводится в утробу матери, ребенок глотает раствор, раствор выжигает ребенка изнутри и снаружи, и мать должна родить мертвого ребенка в течение 24 часов.
Ко всеобщему величайшему удивлению и шоку я родилась не мертвой, а живой. 6 апреля 1977 года в клинике Лос-Анджелеса.
Самое фантастическое в этом времени моего рождения заключается в том, что  врач-аборционист не заступил еще на смену, поэтому у него не было даже возможности дальше осуществлять свои планы на мою жизнь – то есть смерть…
Я знаю, что я нахожусь в правительственном здании, в прекрасном здании, и я люблю вашу страну, так же как и свою.
Но я знаю, что в наше время, совершенно не политкорректно произносить имя Иисуса Христа в местах, подобных этому. Неполиткорректно привносить Его имя в подобные собрания, потому что от Его имени людям становится ужасно неудобно.
Но я выжила не для того, чтобы всем было удобно. Я выжила для того, чтобы разбудить, чтобы растормошить
И я прекрасно провожу время таким образом.
…Итак, как я уже сказала, я родилась живой через 18 часов. Я должна была быть слепой, я должна была быть обожженной, я должна была быть мертвой, но этого не произошло.
Знаете, было еще одно чудесное свидетельство –   аборционист должен был подписать мое свидетельство о рождении.Я знаю его имя.
Сообщу скептикам, которые меня слушают, в моей медицинской карте указано «родилась во время солевого аборта», можете проверить….
Ха! Они проиграли.
Я собирала сведения о моем аборционисте. Его клиники являются самой большой сетью клиник в США, их доход составляет 70 миллионов долларов в год.
Он говорил в одном своем обращении пару лет назад, что «я абортировал более миллиона младенцев и я считаю это своей страстью».
Я говорю вам эти вещи, потому что… Послушайте, дамы и господа, мы вступаем в интересную битву в этом мире,  осознаем мы это или нет. Это битва между жизнью и смертью.
На чьей вы стороне?

…Итак, медсестра вызвала скорую и отправила меня в больницу, что само по себе совершенно чудесно. Обычной практикой того времени (до 2002 года в моем регионе) – было прекращать жизнь выжившего в результате аборта ребенка. Сдавить горло, удушить, оставить умирать или выбросить его…
Но 5 августа 2002 года президент Буш подписал «Акт о защите детей, рожденных живыми», чтобы так больше не продолжалось.
Вы видите, мы играем наверняка… Я надеюсь, что к моменту моей смерти меня будут ненавидеть. Чтобы я смогла почувствовать Бога над собой и понять, что это значит – быть ненавидимым. Христа ненавидели. Я не то чтобы стремлюсь быть ненавидимой, я знаю, что меня уже ненавидят, потому что я борюсь за жизнь. Я говорю: вы не поймали меня, немой холокост не победил меня.

Моя миссия, дамы и господа, среди многого другого, следующая: втянуть человечество в эту дискуссию, которую мы просто заболтали,  поставили на полку, сказали, это не проблема. Мы убрали свои эмоции, мы стали жестче. Вы на самом деле этого хотите? Что вы готовы вынести и на что пойти, чтобы говорить правду в любви и благодати, чтобы встать, чтобы хотя бы захотеть быть ненавидимыми. Разве все в этом мире вертится вокруг вас? Или вокруг меня?

… После всего этого меня отдали на срочное временное усыновление в дом, где решили, что не очень меня любят. Я люблю говорить, как же вы могли меня не обожать с самого начала? Что не так с этими людьми? Но они не любили меня…
Вы видите, я была ненавидима с момента зачатия многими. И любима еще более многими. Но особенно любима  Богом.
Я Его девочка. Не обижайте Божьего ребенка. У меня знак на лбу, который напоминает: будьте милы со мной, потому что мой Отец правит миром.
…Итак, меня забрали из плохого дома, и поместили в другой дом, прекрасный дом, дом Пенни. Пенни говорит, что к этому времени мне было 17 месяцев, во мне было 14 кг «мертвого» веса, и у меня был диагноз, который я считаю даром, – церебральный паралич. ЦП был непосредственно вызван недостаточным снабжением мозга кислородом в процессе аборта…
А сейчас я просто вынуждена сказать это: если аборт является одним из прав женщин, дамы и господа, где были мои права в тот момент?

Не нашлось ни одной радикальной феминистки, которая бы поднялась и завопила о том, что были нарушены мои права, и что моя жизнь фактически приносилась в жертву во имя прав женщин
Дамы и господа, у меня не было бы церебрального паралича, если бы я не пережила все это.
Поэтому, когда я слышу отвратительный аргумент, что должны быть аборты, только лишь потому, что может быть ребенок будет инвалидом – ужас наполняет мое сердце.

Дамы и господа, есть вещи, которым вы сможете научиться только с помощью более слабых. Когда вы уничтожаете слабых, проигрываете именно вы. Господь позаботится о слабых, но именно вы будете страдать вечно. И какое высокомерие, какое совершенное высокомерие в том, что  так долго было аргументом то, что сильные должны подавлять слабых, должны определять, кому жить, а кому умирать.
Какое в этом высокомерие… Разве вы не понимаете, что не можете заставить свое сердце биться?
Разве вы не понимаете, что вся сила, которой вы обладаете – не ваша? Это милость Господня поддерживает вас, даже если вы ненавидите Его.
.............
Дамы и господа, у вас есть шанс.
На один момент, очень кратко, я хотела обратиться к мужчинам в этой комнате, и сделать нечто, что никогда не делается.
Мужчины, вы созданы для величия. Вы созданы для того, чтоб встать и быть мужчинами.
Вы созданы защищать женщин и детей, не бездействовать. Если вы знаете, что убийство это преступление, неужели  ничего с этим не будете делать?
Вы созданы не для того, чтобы использовать женщин и и оставлять нас одних. Вы созданы быть добрыми, великими, милостивыми и сильными и для того, чтобы постоять за что-то.