Беременой женщине сказали, что ребёнок недоразвит, он не сможет дышат,то есть умрёт мгновенно, появившись на свет, если она сумеет его доносить, был показан аборт.
...
А через год она родила здорового малыша, тоже девочку. :flower: :)
Выбор Джанны
media.catholic.by/lubite/n6/article3.htm
16 мая 2004 г. к лику святых Католической Церковью была причислена итальянка Джанна Беретта Молла, чьё самопожертвование Иоанн Павел ІІ назвал образцом любви к зарождающейся жизни.
«Джанна была прекрасной женщиной, — говорит её муж. — Красивой, интеллигентной, доброй. Она часто улыбалась, была современной и элегантной, обожала путешествовать, особенно - в горы, кататься на лыжах. Очень любила цветы, музыку, театр». В этом, вроде бы, нет ничего особенного. Кроме одного: вся жизнь Джанны определялась верой.
Она родилась в 1922 году в Милане, была предпоследним ребёнком из тринадцати детей в семье. Училась в лицее, затем в университете, стала хирургом, позже получила диплом педиатра. Ещё подростком занималась благотворительностью, вступив в Общество св. Винцента де Поля. По её записям в дневнике можно судить, насколько глубока и чиста была её вера: «Обещаю Тебе, Иисусе, терпеливо снести всё, что Ты мне предопределишь. Да будет на всё Твоя воля». Быть может, именно в то время Джанна приняла во всей полноте слова Христа: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за других».
Свою профессию, несущую исцеление людям, Джанна сравнивала со священническим служением: «Мы, медики, прикасаемся ко Христу через наших пациентов. В каждом страдающем человеке живёт Христос».
Пьетро Молла вспоминает: «С того самого момента, когда я впервые увидел Джанну, мне захотелось остаться с ней навсегда». В апреле 1955 г. состоялась их помолвка, а в сентябре они обвенчались. Они были очень счастливы в браке, жизнь их была заполнена любимой работой, общением с друзьями, общие интересы сближали их. Все семь лет, которые они прожили вместе, Джанна каждое утро ходила в храм — без веры, без молитвы она себя не мыслила.
Счастливы были они и в детях. Их родилось трое: мальчик и две девочки. Потом у Джанны случились два выкидыша. А когда вновь наступила беременность, обнаружилось, что у Джанны раковая опухоль. Удалять её значило неизбежно потерять ребёнка и больше уже никогда не рожать. Сохранить ребёнка — подвергнуть смертельной опасности собственную жизнь во время родов. Джанна — врач — понимала всю серьёзность положения, но не колебалась в выборе. Она верила, что всё закончится благополучно, — или хотела верить. За две недели до родов Джанна сказала мужу: «Если нельзя будет спасти нас обоих и придётся выбирать, пусть спасут ребёнка, а не меня. Не сомневайся ни минуты, я требую этого». А одному из друзей призналась: «Я ложусь в больницу и не уверена, что вернусь домой. У меня тяжёлая беременность: мне сказали, что спасти могут лишь одного из двоих, но я хочу, чтобы жил мой ребёнок».
Джанна не хотела беспокоить мужа. До родов старалась вести нормальную жизнь. «Тревожил меня только тот тихий порядок, который наводила изо дня в день в каждом углу нашего дома, — рассказывал муж, — словно собиралась в дальнюю дорогу».
В Страстную пятницу 1962 г. начались роды. В Страстную субботу 21 апреля через кесарево сечение на свет появилась здоровая девочка — Джанна Эмануэла.
Пьетро Молла вспоминает следующий день, Пасхальное Воскресенье: «Джанна взяла ребёнка на руки, поцеловала и посмотрела на него пристально и печально — и тут меня пронзило: она понимает, что ребёнку предстоит жить без матери». Через неделю, 28 апреля, Джанна Беретта Молла умерла.
Пьетро Молла был уверен, что Джанна сделала это не для того, чтобы попасть в рай, но потому, что ощущала себя настоящей матерью. Была глубоко убеждена, что ребёнок, которого носила в своём чреве, имел такие же права, как и остальные дети.
О случившемся много говорили, спорили. Церковь же увидела в этом подвижничество во имя жизни, «пример, актуальный для современности», когда так легко попираются всяческие ценности — и небесные, и земные.