Любимые стихи.

Беседа двух женщин

Один мудрец в дороге как-то раз
Про святость чувств поведал мне рассказ:

«Хвалилась пред подругою одна
(Неважно чья) сварливая жена:

«Любым моим капризам муженёк
Боится молвить слово поперёк.

А любит так, что в небе без меня
Ему не светит солнце среди дня!

Настолько он красой моей пленён,
Что — волю дай — возвёл бы и на трон.

Ему мой взгляд суровый — что судья,
Закон — любая выходка моя».

Подруга, не лишённая ума,
Ответила: «Рискуешь ты весьма.

Почуяв желчь обид в вине любви,
Отвергнет муж объятия твои.

Устав капризам вечным потакать,
Свободным пожелает быть опять.

Будь как рыбак, что снасть держа в руке,
Умело водит рыбу на крючке.

Чтоб леска твоей власти не рвалась
С умом храни дарованную власть».

Не искушать бы им своей судьбы,
Не расточать бы глупой похвальбы!

Ужели под венец они пошли,
Чтоб ядом истекать, как две змеи?

Зачем имея жизни высший клад,
Трезвонить, что несметно ты богат?

Зачем владея мужниной душой,
Желать и честь отнять своей рукой?

Что муж без чести? — Видимость одна,
Дом грабит свой сварливая жена».

Умолк мудрец. Но было б в самый раз
Власть предержащим слышать тот рассказ.

С ветки на ветку
Тихо с бегают капли...
Дождик весенний.

Черной краской на бумаге ватманской
мой портрет нарисовала девочка.
Смотрят на портрет мои знакомые,
говорят: — Ну, просто замечательно!

А с портрета я смотрю растерянно.
У меня усы висят обиженно.
Руки мои черные раскинуты —
я стою как ветряная мельница.

Ничего в портрете нет случайного.
Просто дети очень наблюдательны.
Что за простодушье и доверчивость
в этой милой их неискушенности!

Акварелью рисовала девочка все,
что она видела и слышала.
Короля нарисовала голого,
на редиску красную похожего.

Дурака нарисовала круглого
с головою маленькой, как пуговка.
Человека грустного и странного,
что руками машет, словно мельница.

Все восхищены рисунком девочки,
кистью ее зоркою и дерзкою,
признаком искусства настоящего —
этой непосредственностью детскою.
(Юрий Левитанский)

Музыкант играл на скрипке — я в глаза ему глядел.
Я не то чтоб любопытствовал — я по небу летел.
Я не то чтобы от скуки — я надеялся понять,
как способны эти руки эти звуки извлекать
из какой-то деревяшки, из каких-то бледных жил,
из какой-то там фантазии, которой он служил?
Да ещё ведь надо пальцы знать, к чему прижать когда,
чтоб во тьме не затерялась гордых звуков череда.
Да ещё ведь надо в душу к нам проникнуть и поджечь...
А чего с ней церемониться? Чего её беречь?
Счастлив дом, где голос скрипки наставляет
нас на путь и вселяет в нас надежды...
Остальное как-нибудь. Счастлив инструмент,
прижатый к угловатому плечу, по чьему благословению
я по небу лечу. Счастлив он, чей путь недолог,
пальцы злы, смычок остёр, музыкант,
соорудивший из души моей костёр.
А душа, уж это точно, ежели обожжена,
справедливей, милосерднее и праведней она.

хотел одну строчку написать,ну да ладно.

*
(Как этих покрывал и этого убора
Мне пышность тяжела средь моего позора!)
---- Будет в каменной Трезене
Знаменитая беда,
Царской лестницы ступени
Покраснеют от стыда.
.......................................................
.......................................................

И для матери влюблённой
Солнце чёрное взойдёт.

(О,если б ненависть в груди моей кипела,--
Но,видите,само признанье с уст слетеле).

-----      Чёрным пламенем Федра горит
Среди белого дня.
Погребальный факел чадит
Среди белого дня.
Бойся матери ты,Ипполит:
Федра---ночь----тебя сторожит
Среди белого дня.
"Любовью чёрною я солнце запятнала..."
................................................................................
..
----  Мы боимся,мы не смееем
Горю царскому помочь.
Уязвленная Тезеем,
На него напала ночь.

Мы же, песнью похоронной
Провожая мертвых в дом,
Страсти дикой и бессоной
Солнце черное уймем.


Осип.М.

Александр Трифонович Твардовский. Я убит подо Ржевом

Я убит подо Ржевом,
В безыменном болоте,

Ошибка
Александр Галич

Мы похоронены где-то под Нарвой,
Под Нарвой, под Нарвой,
Мы похоронены где-то под Нарвой,
Мы были - и нет.
Так и лежим, как шагали, попарно,
Попарно, попарно,
Так и лежим, как шагали, попарно,
И общий привет!

И не тревожит ни враг, ни побудка,
Побудка, побудка,
И не тревожит ни враг, ни побудка
Померзших ребят.
Только однажды мы слышим, как будто,
Как будто, как будто,
Только однажды мы слышим, как будто
Вновь трубы трубят.

Что ж, подымайтесь, такие-сякие,
Такие-сякие,
Что ж, подымайтесь, такие-сякие,
Ведь кровь - не вода!
Если зовет своих мертвых Россия,
Россия, Россия,
Если зовет своих мертвых Россия,
Так значит - беда!

Вот мы и встали в крестах да в нашивках,
В нашивках, в нашивках,
Вот мы и встали в крестах жа в нашивках,
В снежном дыму.
Смотрит и видим, что вышла ошибка,
Ошибка, ошибка,
Смотрит и видим, что вышла ошибка
И мы - ни к чему!

Где полегла в сорок третьем пехота,
Пехота, пехота,
Где полегла в сорок третьем пехота
Без толку, зазря,
Там по пороше гуляет охота,
Охота, охота,
Там по пороше гуляет охота,
Трубят егеря!

1962

Вот пост

Галина Пятисотских

Отпусти пленённых на свободу,
Не держи рабами непрощенья,
Накорми голодных,в непогоду
дай им кров,прими без сожаленья.

Не пройди того, кто помощь просит,
Помоги, как добрый самарянин.
Ну, а если в спину камень бросят,
Не кидай в обидчика тот камень.

Помолись молитвой за упавших,
и за злобных, пусть им Бог поможет.
Может был он добрым в день вчерашний,
а сегодня оступился может...

Отпускай свой хлеб по тихим водам,
пусть плывёт, к тебе же возвратится.
Пусть все люди обретут свободу,
Стань за них усиленно молиться.

Жертвой уст, хвалою непрестанной
проложи сквозь небеса дорогу.
и увидешь - звёзды ближе станут,
и приблизишься к Святому Богу!

Долгий день на пролет
Поет - и не напоется
Жаворонок весной.

В гостях у вишневых цветов
Я пробыл ни много ни мало -
Двадцать счастливых дней.

Я умру. Говорят, мы когда-нибудь все умираем.
Съезжу на дармовых, если в спину сподобят ножом,-
Убиенных щадят, отпевают и балуют раем.
Не скажу про живых, а покойников мы бережем.

В грязь ударю лицом, завалюсь покрасивее набок,
И ударит душа на ворованных клячах в галоп.
Вот и дело с концом,- в райских кущах покушаю яблок.
Подойду не спеша - вдруг апостол вернет, остолоп.

Чур меня самого! Наважденье, знакомое что-то,-
Неродящий пустырь и сплошное ничто - беспредел,
И среди ничего возвышались литые ворота,
И этап-богатырь - тысяч пять - на коленках сидел.

Как ржанет коренник,- я я смирил его ласковым словом,
Да репей из мочал еле выдрал и гриву заплел.
Петр-апостол, старик, что-то долго возился с засовом,
И кряхтел, и ворчал, и не смог отворить - и ушел.

Тот огромный этап не издал ни единого стона,
Лишь на корточки вдруг с онемевших колен пересел.
Вон - следы песьих лап. Да не рай это вовсе, а зона!
Все вернулось на круг, и Распятый над кругом висел.

Мы с конями глядим - вот уж истинно зона всем зонам! -
Хлебный дух из ворот - так надежней, чем руки вязать.
Я пока невредим, но и я нахлебался озоном,
Лепоты полон рот, и ругательства трудно сказать.

Засучив рукава пролетели две тени в зеленом.
С криком - "В рельсу стучи!" пропорхнули на крыльях бичи.
Там малина, братва,- нас встречают малиновым звоном!
Нет, звенели ключи - это к нам подбирали ключи.

Я подох на задах, на руках на старушечьих, дряблых,
Не к Мадонне прижат Божий сын, а к стене, как холоп.
В дивных райских садах просто прорва мороженных яблок,
Но сады сторожат, и стреляют без промаха в лоб.

Херувимы кружат, ангел окает с вышки - занято!
Да не взыщет Христос,- рву плоды ледяные с дерев.
Как я выстрелу рад - ускакал я на землю обратно,
Вот и яблок принес, их за пазухой телом согрев.

Я вторично умру - если надо, мы вновь умираем.
Удалось, Бог ты мой, я не сам, вы мне пулю в живот.
А оттуда землей - береженого бог бережет.

В грязь ударю лицом, завалюсь после выстрела набок.
Кони просят овсу, но пора закусить удила.
Вдоль обрыва, с кнутом, по-над пропастью, пазуху яблок
Я тебе принесу, ты меня и из рая ждала...
В. Высоцкий.

Майский дождь бесконечный.
Мальвы куда-то тянутся,
Ищут дорогу солнца.

Я умру. Говорят, мы когда-нибудь все умираем.
...
В. Высоцкий.

мне, как христианке, неуютно от этих стихов. Талантливо,но...всуе...всуе...

Я умру. Говорят, мы когда-нибудь все умираем.
...
В. Высоцкий.

мне, как христианке, неуютно от этих стихов. Талантливо,но...всуе...всуе...


Соглашусь, пожалуй. Просто раньше никогда не слышала, впервые попалось.

Вот оно, глупое счастье,
С белыми окнами в сад!
По пруду лебедем красным
Плавает тихо закат.
Здравствуй, златое затишье,
С тенью березы в воде!
Галочья стая на крыше
Служит вечерню звезде.
Где-то за садом несмело,
Там, где калина цветет
Нежная девушка в белом
Нежную песню поет.
Стелется синею рясой
С поля ночной холодок...
Глупое, милое счастье,
Свежая розовость щек!

Сергей Есенин.

Юлий КИМ.
Помните финальную песню из "Обыкновенного чуда"?

Давайте негромко,
Давайте вполголоса,
Давайте простимся светло.
Неделя, другая,
И мы успокоимся,
Что было, то было, прошло.
Конечно, ужасно,
Нелепо, бессмысленно,
Ах, как бы начало вернуть.
Начало вернуть
Невозможно, немыслимо.
Ты даже не думай, забудь.

Займемся обедом,
Займемся нарядами,
Заполним заботами быт.
Так легче, не так ли?
Так проще, не правда ли?
Не правда ли, меньше болит?
Не будем хитрить,
И судьбу заговаривать,
Ей-богу, не стоит труда.
Да-да, господа,
Не авось, ни когда-нибудь,
А больше уже никогда.

Ах, как это мило,
Очень хорошо.
Плыло, и уплыло,
Было и прошло..

www.playcast.ru/playcasts/view.php?card=556305&code=707c78cd65f0fc1fc0cbd9fb63b8594bcda90e7f

Я жива, жива, жива,
Богом не забыта,
Молодая голова             (вариант - "пустая голова" :rolleyes: )
Дрянью не забита.

Нету в голосе моем
Денежного звона —
Лучше вольным соловьем,
Чем орлом у трона.

Нет, не лучше — только так:
Соловьем, и вольным,
Чтоб на детях этот знак
В возрасте дошкольном

Восходил звездой во лбу,
Метил с малолетства.
Чудный свет на всю судьбу
Проливает детство,

Просветляя нам слова
И угрюмство быта.
Я жива, жива, жива,
Богом не забыта.

Голос чей-то и ничей
Слово к слову сложит,
И никто меня ничем
Обделить не сможет.

Не возьму чужой воды
И чужого хлеба.
Я для собственной звезды
Собственное небо.

Моя любимая - Юнна Мориц.

О весенний дождь!
С кровли ручейки бегут
Вдоль осиных гнезд.

Стаял зимний снег.
Озарились радостью
Даже лица звёзд.

Александр Блок  



* * *
Девушка пела в церковном хоре
О всех усталых в чужом краю,
О всех кораблях, ушедших в море,
О всех, забывших радость свою.

Так пел ее голос, летящий в купол,
И луч сиял на белом плече,
И каждый из мрака смотрел и слушал,
Как белое платье пело в луче.

И всем казалось, что радость будет,
Что в тихой заводи все корабли,
Что на чужбине усталые люди
Светлую жизнь себе обрели.

И голос был сладок, и луч был тонок,
И только высоко, у Царских Врат,
Причастный Тайнам,- плакал ребенок
О том, что никто не придет назад.

Цветок...И ещё цветок...
Так распускается слива,
Так пробивается тепло.

Ласточка поёт. Звонкой капелью
Гонит из сердца холод
Весны поцелуй

За ночь вьюнок обвился
Вкруг бадьи моего колодца…
У соседа воды возьму!

Люблю, - но реже говорю об этом,
Люблю нежней, - но не для многих глаз.
Торгует чувством тот, кто перед светом
Всю душу выставляет напоказ.

Тебя встречал я песней, как приветом,
Когда любовь нова была для нас.
Так соловей гремит в полночный час
Весной, но флейту забывает летом.

Ночь не лишится прелести своей,
Когда его умолкнут излиянья.
Но музыка, звуча со всех ветвей,

Обычной став, теряет обаянье.
И я умолк подобно соловью:
Свое пропел и больше не пою...  

www.youtube.com/watch?v=Nkk2X-USvg8

  Не соревнуюсь я с творцами од,
Которые раскрашенным богиням
В подарок преподносят небосвод
Со всей землей и океаном синим.

Пускай они для украшенья строф
Твердят в стихах, между собою споря,
О звездах неба, о венках цветов,
О драгоценностях земли и моря.

В любви и в слове - правда мой закон,
И я пишу, что милая прекрасна,
Как все, кто смертной матерью рожден,
А не как солнце или месяц ясный.

Я не хочу хвалить любовь мою, -
Я никому ее не продаю!

Шекспир, Сонет 21, перевод С. Маршака

Я не хочу хвалить любовь мою, -
Я никому ее не продаю!

Поистине...

Гладиаторы

Простимся.
До встреч в могиле.
Близится наше время.
Ну, что ж?

Мы не победили.
Мы умрем на арене.
Тем лучше.
Не облысеем
от женщин, от перепоя.


...А небо над Колизеем
такое же голубое,
как над родиной нашей,
которую зря покинул
ради истин,
а также
ради богатства римлян.

Впрочем,
нам не обидно.
Разве это обида?
Просто такая,
видно,
выпала нам
планида...

Близится наше время.
Люди уже расселись.
Мы умрем на арене.

Людям хочется зрелищ.

И. Бродский

Как тот актер, который, оробев,
Теряет нить давно знакомой роли,
Как тот безумец, что, впадая в гнев,
В избытке сил теряет силу воли, -

Так я молчу, не зная, что сказать,
Не оттого, что сердце охладело.
Нет, на мои уста кладет печать
Моя любовь, которой нет предела.

Так пусть же книга говорит с тобой.
Пускай она, безмолвный мой ходатай,
Идет к тебе с признаньем и мольбой
И справедливой требует расплаты.
Прочтешь ли ты слова любви немой?
Услышишь ли глазами голос мой?

Шекспир, сонет 23 (перевод С.Я. Маршака)

Сонет 93

Что ж, буду жить, приемля как условье,
Что ты верна. Хоть стала ты иной,
Но тень любви нам кажется любовью.
Не сердцем - так глазами будь со мной.

Твой взор не говорит о перемене.
Он не таит ни скуки, ни вражды.
Есть лица, на которых преступленья
Чертят неизгладимые следы.

Но, видно, так угодно высшим силам:
Пусть лгут твои прекрасные уста,
Но в этом взоре, ласковом и милом,
По-прежнему сияет чистота.

Прекрасно было яблоко, что с древа
Адаму на беду сорвала Ева.

Пылающую голову рассвет
Приподымает с ложа своего,
И все земное шлет ему привет,
Лучистое встречая божество.

Когда в расцвете сил, в полдневный час,
Светило смотрит с высоты крутой, -
С каким восторгом миллионы глаз
Следят за колесницей золотой!

Когда же солнце завершает круг
И катится устало на закат,
Глаза его поклонников и слуг
Уже в другую сторону глядят.

Оставь же сына, юность хороня.
Он встретит солнце завтрашнего дня!

Сонет 7, Перевод С.Маршака

очень философски.

Сонет 13

----------
Перевод Самуила Яковлевича Маршака
----------

Не изменяйся, будь самим собой.
Ты можешь быть собой, пока живешь.
Когда же смерть разрушит образ твой,
Пусть будет кто-то на тебя похож.

Тебе природой красота дана
На очень краткий срок, и потому
Пускай по праву перейдет она
К наследнику прямому твоему.

В заботливых руках прекрасный дом
Не дрогнет перед натиском зимы,
И никогда не воцарится в нем
Дыханье смерти, холода и тьмы.

О, пусть, когда настанет твой конец,
Звучат слова: "Был у меня отец!"

О that you were your self! but, love, you are
No longer yours than you yourself here live;
Against this coming end you should prepare,
And^your sweet semblance to some other give:
So should that beauty which you hold in lease
Find no determination; then you were
Your self again after yourself s decease,
When your sweet issue your sweet form should bear.
Who lets so fair a house fall to decay,
Which husbandry in honour might uphold
Against the stormy gusts of winter’s day
And barren rage of death’s eternal cold?
O, none but unthrifts: dear my love, you know
You had a father, let your son say so.

О, пусть бы ты принадлежал себе! {*} Но, любовь моя, ты
не дольше будешь принадлежать себе, чем ты сам живешь
_на этом свете_ [здесь].
К неминуемому концу ты должен готовиться
и свой милый образ подарить кому-то другому,
чтобы красота, которую ты получил в аренду,
не имела окончания; тогда ты стал бы
принадлежать себе снова после своей смерти,
когда твой милый отпрыск воплотит твой милый облик.
Кто позволит такому прекрасному дому прийти в упадок,
когда бережный уход мог бы достойно поддержать его
вопреки бурным ветрам зимнего дня
и опустошительному наступлению вечного холода смерти?
О, никто как моты! Возлюбленный мой, помни:
у тебя был отец; пусть твой сын скажет то же.

{* Другое возможное толкование: "пусть бы ты оставался собой".}


Специально привожу оригинальный текст сонета и подстрочник, чтобы вы могли убедится насколько филигранно точен, прекрасен и изыскан перевод Самуила Маршака. Я считаю его перевод "Венка сонетов" лучший, едва ли не лучше оригинала (впрочем судить об этом не берусь по причине недостаточного знания английского).
Кому интересно - вот ссылка на сайт, где приведен весь "Венок" с оригинальными текстами, подстрочниками и несколькими вариантами перевода. Убедитесь - переводы Маршака - лучшие.
shakespeare.ouc.ru/sonnet-13-ru.html

Дора Хайкина- БАБУШКИНЫ ГОДЫ

Ходит наша бабушка, палочкой стуча,

Говорю я бабушке: "Позову врача,
От его лекарства станешь ты здорова,
Будет чуть-чуть горько, что же тут такого.

Ты потерпишь чуточку, а уедет врач,
Мы с тобою, бабушка, поиграем в мяч.
Будем бегать, бабушка, прыгать высоко,
Видишь, как я прыгаю, это так легко".

Улыбнулась бабушка: "Что мне доктора,
Я не заболела, просто я стара,
Просто очень старая, волосы седые,
Где-то потеряла я годы молодые.

Где-то за огромными, за лесами темными,
За горой высокой, за рекой глубокой.
Как туда добраться, людям неизвестно".
Говорю я бабушке: "Вспомни это место!
Я туда поеду, поплыву, пойду,
Годы молодые я твои найду!

www.youtube.com/watch?v=wPzptyFfUCA

Вчера день рождения Пушкина был...

Мои любимые "Маленькие трагедии".
СКУПОЙ РЫЦАРЬ
СЦЕНА I
В башне.

Альбер    и    Иван

Альбер

Во что бы то ни стало на турнире
Явлюсь я. Покажи мне шлем, Иван.
Иван подает ему шлем.

Пробит насквозь, испорчен. Невозможно
Его надеть. Достать мне надо новый.
Какой удар! проклятый граф Делорж!
Иван

И вы ему порядком отплатили:
Как из стремян вы вышибли его,
Он сутки замертво лежал — и вряд ли
Оправился.
Альбер

А все ж он не в убытке;
Его нагрудник цел венецианский,
А грудь своя: гроша ему не стоит;
Другой себе не станет покупать.
Зачем с него не снял я шлема тут же!
А снял бы я, когда б не было стыдно
Мне дам и герцога. Проклятый граф!
Он лучше бы мне голову пробил.
И платье нужно мне. В последний раз
Все рыцари сидели тут в атласе
Да бархате; я в латах был один
За герцогским столом. Отговорился
Я тем, что на турнир попал случайно.
А нынче что скажу? О бедность, бедность!
Как унижает сердце нам она!
Когда Делорж копьем своим тяжелым
Пробил мне шлем и мимо проскакал,
А я с открытой головой пришпорил
Эмира моего, помчался вихрем
И бросил графа на двадцать шагов,
Как маленького пажа; как все дамы
Привстали с мест, когда сама Клотильда,
Закрыв лицо, невольно закричала,
И славили герольды мой удар, —
Тогда никто не думал о причине
И храбрости моей и силы дивной!
Взбесился я за поврежденный шлем,
Геройству что виною было? — скупость.
Да! заразиться здесь не трудно ею
Под кровлею одной с моим отцом.....
bibliotekar.ru/rusPushkin/89.htm

Который раз перечитываю, удивляясь..ДО ЧЕГО ЖЕ ТАЛАНТЛИВО!

Ну, коли уж речь зашла о "Маленьких трагедиях", то ... вот песня Председателя из "Пира во время чумы" -

Когда могущая Зима,
Как бодрый вождь, ведет сама
На нас косматые дружины
Своих морозов и снегов, —
Навстречу ей трещат камины,
И весел зимний жар пиров.

Царица грозная, Чума
Теперь идет на нас сама
И льстится жатвою богатой;
И к нам в окошко день и ночь
Стучит могильною лопатой....
Что делать нам? и чем помочь?


Как от проказницы Зимы,
Запремся также от Чумы!
Зажжем огни, нальем бокалы,
Утопим весело умы
И, заварив пиры да балы,
Восславим царствие Чумы.

Есть упоение в бою,
И бездны мрачной на краю,
И в разъяренном океане,
Средь грозных волн и бурной тьмы,
И в аравийском урагане,
И в дуновении Чумы.

Все, все, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья —
Бессмертья, может быть, залог!
И счастлив тот, кто средь волненья
Их обретать и ведать мог.

Итак, — хвала тебе, Чума,
Нам не страшна могилы тьма,
Нас не смутит твое призванье!
Бокалы пеним дружно мы
И девы-розы пьем дыханье, —
Быть может... полное Чумы!

Гениально! Неправда ли? Браво, Александр Сергеевич!

Есть упоение в бою,
И бездны мрачной на краю,
И в разъяренном океане,
Средь грозных волн и бурной тьмы,
И в аравийском урагане,
И в дуновении Чумы.


Гениально! Неправда ли? Браво, Александр Сергеевич!

Браво, браво!!
Еще "Годунова" люблю.

"Народ безмолвствует"-по-моему, фраза, актуальная в России во все времена... <_<

Всё дальше милая страна,
Что я оставил...
Чем дальше, тем желаннее она,
И с завистью смотрю, как белая волна
Бежит назад, к оставленному краю.

Борис Пастернак

НА СТРАСТНОЙ

Еще кругом ночная мгла.
Еще так рано в мире,
Что звездам в небе нет числа,
И каждая, как день, светла,
И если бы земля могла,
Она бы Пасху проспала
Под чтение Псалтыри.
Еще кругом ночная мгла.
Такая рань на свете,
Что площадь вечностью легла
От перекрестка до угла,
И до рассвета и тепла
Еще тысячелетье.
Еще земля голым-гола,
И ей ночами не в чем
Раскачивать колокола
И вторить с воли певчим.
И со Страстного четверга
Вплоть до Страстной субботы
Вода буравит берега
И вьет водовороты.
И лес раздет и непокрыт,
И на Страстях Христовых,
Как строй молящихся, стоит
Толпой стволов сосновых.
А в городе, на небольшом
Пространстве, как на сходке,
Деревья смотрят нагишом
В церковные решетки.
И взгляд их ужасом объят.
Понятна их тревога.
Сады выходят из оград,
Колеблется земли уклад:
Они хоронят Бога.
И видят свет у царских врат,
И черный плат, и свечек ряд,
Заплаканные лица --
И вдруг навстречу крестный ход
Выходит с плащаницей,
И две березы у ворот
Должны посторониться.
И шествие обходит двор
По краю тротуара,
И вносит с улицы в притвор
Весну, весенний разговор
И воздух с привкусом просфор
И вешнего угара.
И март разбрасывает снег
На паперти толпе калек,
Как будто вышел человек,
И вынес, и открыл ковчег,
И все до нитки роздал.
И пенье длится до зари,
И, нарыдавшись вдосталь,
Доходят тише изнутри
На пустыри под фонари
Псалтырь или Апостол.
Но в полночь смолкнут тварь и плоть,
Заслышав слух весенний,
Что только-только распогодь,
Смерть можно будет побороть
Усильем Воскресенья.
1946

СЕРДЦЕ

С сердцем чистым и горячим
Этот мальчик взрос.
У людей на это сердце
Непрерывный спрос.

За живой кусочек сердца,
Тёплый, развесной,
Платят женщины - улыбкой,
Девушки - слезой,

Люд читательский - полушкой,
Богатей - грошом.
И растёт поэту слава -
Сердце хорошо!

Так и шло, пока не вышло
Сердце, - ни крохи́!
И пришлось поэту спешно
Прекратить стихи.

Ицхок Лейбуш Перец

ЕСЛИ...



О, если ты покоен, не растерян,
Когда теряют головы вокруг,
И если ты себе остался верен,
Когда в тебя не верит лучший друг,
И если ждать умеешь без волненья,
Не станешь ложью отвечать на ложь,
Не будешь злобен, став для всех мишенью,
Но и святым себя не назовешь,

И если ты своей владеешь страстью,
А не тобою властвует она,
И будешь тверд в удаче и в несчастье,
Которым, в сущности, цена одна,
И если ты готов к тому, что слово
Твое в ловушку превращает плут,
И, потерпев крушенье, можешь снова -
Без прежних сил - возобновить свой труд,

И если ты способен все, что стало
Тебе привычным, выложить на стол,
Все проиграть и вновь начать сначала,
Не пожалев того, что приобрел,
И если можешь сердце, нервы, жилы
Так завести, чтобы вперед нестись,
Когда с годами изменяют силы
И только воля говорит: "Держись!" -

И если можешь быть в толпе собою,
При короле с народом связь хранить
И, уважая мнение любое,
Главы перед молвою не клонить,
И если будешь мерить расстоянье
Секундами, пускаясь в дальний бег, -
Земля - твое, мой мальчик, достоянье!
И более того, ты - человек!

Я посмотрел что у нас нет такой темы, и подумал что она нужна нашему форуму.

Юрий Шмидт
Диалог о любви


Расскажи, что такое любовь?
Поясни мне значение слова.
О любви очень много стихов,
Почему пишут снова и снова?

Потому, что любовь – та страна,
Где у власти не разум, а чувства,
Там всегда за окошком весна,
А любовь в той стране – искусство.

Почему же тогда, скажи,
Говорят: От любви – страданья.
Что любовь только портит жизнь,
Притупляет твое вниманье.

Потому, что любовь – огонь.
Или жжет, или сердце греет.
Причинить она может боль,
Но и лед растопить сумеет.

А не проще бы ровно жить,
Без любви проживешь достойно.
Без любви можно есть и пить,
Без нее на душе спокойней.

Рождены мы не просто жить,
Пусть не станешь любви поэтом,
Рождены мы страдать, любить,
Смысл жизни, мой друг, лишь в этом.

Красивые стихи и очень легко ложаться на музыку.