Литературная духовная страничка

* * *

Для чего выхватывать мгновенья,
Вековеча то, что не вернуть?
Фото-жизни... Чей-то день рожденья,
Чья-то свадьба и... последний путь.

Всякая весна несётся в осень,
Всякий сад окутает снежок.
До чего же ты молниеносен,
Наш земной неповторимый срок!

Где ты, радость юных и удачных? -
Нет тебя на старческих губах...
Не храните фото новобрачных:
правда этой жизни во гробах.

иеромонах Роман  (Матюшин)
22 августа 2006 г.,
скит Ветрово

Сергей Секирин

ВЕЧНОЙ ЛИРЕ

--------------------------------------

Я люблю тебя ночь, я люблю тебя нежно,

Я люблю твою дочь размышлений прилежных,

Я люблю тишину, матерь мысли живой,

Я люблю темноту, вечный звёздный покой.



И мне плохо, так плохо, мой Господи милый,

Когда сердце молчанию сна предано,

И когда я оставлен чудесною силой …

В эту ночь не пою… не могу … не дано…



Где же, Господи, где же, мой Господи, ныне

Бродит Лира моя невесомой ногой?

Не заблудится ли, или, может, простынет,

Если песни одна будет петь под Луной?



Без неё, этой вечной Божественной гостьи

Одинокая вновь замерзает душа,

Сердце глухо стучится в бездушные кости,

Гостья милая вечно спешит не спеша…

28.09.2003

М.К.Седин
Душа не старится.

Придёт пора, и плоть с земным расстанется,
Душа же вечная, душа не старится,
Она живёт всегда, и здесь, и в вечности,
И если с Господом, — до бесконечности!

Душа не старится, душа не старится,
И та, что к Богу льнёт, с Ним повстречается,
А что противится, Христом не примется,
На веки вечные во тьме останется.

Но время есть ещё благоприятное,
Чтоб с Богом быть душе, всех вероятнее
Прийти к Спасителю, в грехах покаяться,
По вере Господом душа прощается.

Ни масса добрых дел, ни наша жалостность
Грехов не снимет плен, не вменит праведность.
И лишь Иисус Христос Своей любовию
Дарит душе Свой мир, омытой Кровию.

Христа Голгофский крест и воскресение
Душе открыли свет, грехов прощение.
И к вечной жизни путь сквозь мрак осветится,
Надежда есть у нас с Иисусом встретиться!

Надежда из надежд, наш Царь, Господь, Отец
Грядёт в Свой час Судьёй, свершит отмщение.
Кто верен был Ему, в награду даст венец,
Неверного, судя, пошлёт в мучения!

Иосиф Бродский - Рождественская Звезда -

В холодную пору, в местности, привычной скорей к жаре,
чем к холоду, к плоской поверхности более, чем к горе,
Младенец родился в пещере, чтоб мир спасти;
мело, как только в пустыне может зимой мести.

Ему все казалось огромным; грудь матери, желтый пар
из воловьих ноздрей, волхвы — Балтазар, Гаспар,
Мельхиор; их подарки, втащенные сюда.
Он был всего лишь точкой. И точкой была звезда.

Внимательно, не мигая, сквозь редкие облака,
на лежащего в яслях ребенка издалека,
из глубины Вселенной, с другого ее конца,
звезда смотрела в пещеру. И это был взгляд Отца.

24 декабря 1987

Как прсто и хорошо. Еще раз убеждаюсь, что Бродский - гений. :flower:

www.youtube.com/watch?v=Ynj7TvwOVX8

Слово "мама" - дорогое
Мамой надо дорожить.
С её лаской и заботой
Легче нам на свете жить.
Если мать ещё живая
Счастлив ты, что на земле
Есть кому переживая,
Помолиться о тебе.
Когда был ещё младенцем
И она в тиши ночной
Словно ангел у постели
Охраняла мой покой.
В раннем детстве беззаботно
Я не знал, как трудно жить.
Мать трудилась, что бы было
Чем кормить и чем поить.
Помню тихие беседы.
Говорила ты о том,
Чтоб был умным, был прилежным,
Жизнь свою связал с Христом.
Помню радостные встречи,
Как с дороги приезжал.
Матери родные плечи
Как ребёнок обнимал.
И, оставшись одинокой,
В сердце ревностью горя,
Ко Христу с мольбой глубокой
Ты молилась за меня.
Слово "мама" - дорогое
Мамой надо дорожить.
С её лаской и заботой
Легче нам на свете жить.

Владимир Пентюхов
Я верю в Бога

Я верю в Бога. Да, я верю в Бога,
В того, что есть, живет в душе моей.
Он судит жизнь, поступки, очень строго,
Чурается эмоций и страстей.

Он мне опора в каждом шаге, слове,
В моих деяньях, помыслах судья.
Но, между тем, всё делает в основе
О чем хоть раз бы не подумал я.

Он мой советник преданный и честный.
Но есть моменты, я, закрыв глаза,
Бросаюсь на поступок неуместный
Так, что дымят от скрипа тормоза.

И он тогда скорбит и горько плачет:
»Не справился, не смог предостеречь!»
И плачу я. А как тут быть иначе?
Ведь он — во мне, об этом вся и речь.

Время - дождь,
А мы капли на мокром стекле,
На отрезке судьбы,
Льёмся к мокрой земле,
А когда-то смеялись под солнцем...

Друг за другом бежим,
Превращаясь в одно,
Разливаясь на век,
Проклиная стекло,
А когда-то смеялись под солнцем...

Капли времени мы, осевшие на мокром стекле,
Но время - дождь, стремящийся к своей земле,
Чтобы снова смеяться под солнцем...

Она любила. Он не знал.
Она мечтала и страдала.
Он выбор сделал, не сказал,
Она об этом не узнала.

Он долго мучался, страдал.
Она сказать ему хотела.
Он струсил, и он ей солгал,
Она же скоро улетела.

Они скучали друг без друга;
Прошли года и с ними боль,
Он посчитал её подругой
Она сказала: «Не впервой!»…

Прошли года, замолкли чувства.
Они не виделись с тех пор,
И им, обоим, было грустно,
Но это все же “не впервой”…

И как-то раз, совсем случайно
Они столкнулись на мосту –
Она прошла и промолчала,
Он не сказал: «Я вас люблю!»

Опять года прошли внезапно,
И все ж любовь была у них…
«Жаль, не сказал ей я когда-то…»
Подумал дряхленький старик.

Она ушла из жизни этой,
Он потихоньку уходил…
И не узнал никто об этом,
Сказать им не хватило сил.

Старик уснул и не проснулся,
Она уснула уж давно…
Они прожили жизнь так грустно…
Запомнить следует одно:

Ты можешь жизнь прожить в мученьях,
Ты можешь тайну похоронить,
Но, знаешь, лучше в этом мире тленном
С любимым человеком жить!!!

ВОСПОМИНАНИЕ
Я помню каждый миг тех дней далеких,
Хотя, признаюсь, больно вспоминать
Скамеечку под сенью лип высоких,
Деревню нашу, дом, отца и мать.
Я помню, что они мне говорили:
- Сыночек милый, к Богу обратись.
И постоянно за меня молились,
Но я уже вкусил другую жизнь.
Молиться мне страшнее ада было,
Пойти на танцы лучше иль в кино;
Святое - непонятно и постыло,
Зато в охотку карты и вино...
Мне не забыть тот день из жизни прежней,
Последний день отца, он умирал.
Рыдая, мать казалась безутешной,
А я, хмельной, стоял и хохотал:
- Но где же Бог твой, что ж Он не спасает?
Он Исцелитель? Что ж ты не встаешь?
Иль с Богом люди тоже умирают?
И ты, отец, как все в земле сгниешь...
Он улыбнулся и сказал без боли:
- Я жив еще, а ты, сынок, мертвец!
Но если есть на то Святая Воля,
То знай, что воскресит тебя Творец!
Отца похоронили, мать молилась
Прося, чтоб я исправился, прозрел,
Но мне тогда совсем другое снилось,
Другим я жил, иного не хотел.
Молитвы, слезы - все мне надоело.
Мне стали в тягость мать и тесный двор,
И вот однажды я ушел из дома -
Тайком, глубокой ночью, точно вор.
И ликовал я:"Вот она, свобода!"
Огромный мир, вся ширь его - мои!"
Не знал, глупец, - иду на дно болота,
Где тина, гниль, обман и яд змеи.
Разгул, друзья - все это закружило
В водовороте суеты и зла.
В безстыдстве, пьянстве время проходило,
Но это не тревожило меня.
Не ведал я, что есть источник вечный
Живительной, спасительной воды,
Но не к нему я шел, увы, безпечный,
А в пропасть, в преисподню сатаны.
Круг развлечений в золото одетый,
Так ярок он для тех, кто ослеплен;
Я был слепцом, не видя рядом света,
В безбожный ад кромешный погружен.
Но кто же мог спасти меня от смерти?
Кто б плен греха дал силы победить
И вырваться из мрачной круговерти,
Воспрянуть к свету, распрямиться, жить?
Но, впрочем, не о том я думал...
Случилось как-то летом в сильный дождь
На улице внезапно встретил друга.
Земляк - но вдруг меня пробрала дрожь.
Явился мне внезапно мамин образ:
Глаза в слезах, печальны, как всегда.
Забилось сердце, задрожал мой голос,
но вырвались бездушные слова:
- Ну как там мать, меня хоть вспоминает?
Наверно, давно уж прокляла,
Хочу заехать, только время не хватает,
Сам понимаешь: все работа да дела.
- Дела, работа, помолчал бы лучше!
Твои дела нетрудно угадать.
Скажу тебе, но только сердцем слушай
Про то, как "позабыла" тебя мать:
Когда ты скрылся, то она от горя
Вся поседела, ведь тобой жила!
И каждый день с недугом лютым споря,
Шла на распутье и тебя ждала.
И простирая свои руки к небу,
Молясь во имя пролитой Крови,
Она была для всех живым укором -
Столпом надежды, веры и любви.
Ну а когда стоять была не в силах,
Когда, недужная, совсем в постель слегла,
Кровать к окну подвинуть попросила,
Смотрела, плача, и тебя ждала...
Его слова, как ковш воды с отлета,
С души сорвали, смыли коросту;
Я задрожал, промямлив, вроде, что-то,
Спросив:"Она жива? Скажи прошу!"
- Как знать сейчас, а уезжал - дышала,
В бреду шептала те же все слова:
"Сыночек милый, ты приедешь, знаю ".
А у тебя работа, да дела...
Потом бежал я, словно гнали плетью,
С желаньем, прожигающим огнем:
Увидеть мать, не опаздать, успеть бы,
Прощенье вымолить, покаяться во всем.
Вокзал и поезд - все в одно мгновенье;
Недолог путь, но будто много дней;
И сердце, словно вторило движенью,
Стучало в такт: скорей! скорей! скорей!
Не помню, как я вышел из вагона
И тенью трепетной шагнул с испугом в ночь.
Сжималось сердце, что и как там дома?
То замирало, то как конь рвалось.
Но вот деревня, за погостом рядом,
Могилок холмики, и силуэт креста,
И будто за разрушенной оградой
Увидел я стоящего отца.
И в этот миг вдруг слов его значенье,
Прозреньем озаренный, осознал:
Бессильна смерть, всесильно Воскресенье!
Ты жив, отец, и ты не умирал!
Могильный холм обняв его холодный,
Я плоть креста слезами орошал.
- Ты жив, отец, а я мертвец зловонный.
Прости меня! - со стоном я взывал.
Я искуплю грехи любовью к маме,
Сыновий долг исполню я сполна,
И ты, отец, ты в сердце будешь с нами...
Но вдруг взошла холодная луна.
И все вокруг безстрастно осветила...
О ужас! Только тут заметил я,
Что рядом чья-то свежая могила.
Но я-то знал, я сразу понял, чья!
Мой стон, наверное, тогда весь мир услышал -
Деревья вздрогнули, чтоб больше не уснуть -
Ударил эхом он, как молотом по крышам,
Но только маму этим не вернуть!
- Встань, мамочка, прости меня, родная, -
Взывал я в голос, - встань, открой глаза,
Давай молиться вместе, дорогая,
Ты только встань и уж прости меня!
Не было ответа, шли мгновенья,
Слагаяся минутами к часам,
И вдруг я понял, Кто дает прощенье,
И с воплем руки поднял к небесам...
И эта ночь была последней ночью
В моей безбожной жизненной ночи,
Она открыла мне слепые очи;
Нашел я путь, и дверь, и к ней ключи.
С тех пор себя е мыслю я без Бога,
В Нем жизнь моя и счастья полнота.
Огромен мир, но мне одна дорога:
Сквозь тернии - в объятия Христа...
Когда я вижу пред собой отныне
Заплаканную сгорбленную мать,
А рядом с ней напыщенного сына,
От всей души мне хочется сказать:
- Вы, матери, скорбящие за сына,
Прострите с верой руки к небесам
И знайте, что молитвы ваши в силах
Творить и после смерти чудеса...
Вы, сыновья, забывшие о Боге,
Взгляните на рыдающую мать,
Оставьте грех, чтоб не пришлось в итоге
Вам эти слезы горькие пожать.
о.ВАЛЕНТИН МОРДАСОВ

Пусть «внешний человек» не вечен,
Подвластен бренной суете –
Дух в обновленье бесконечном
Стремится к Божьей высоте:

Туда, где времени не будет,
Где хоры дивные поют,
Где радостно святые люди
Творцу величье воздают.

Где нет ни тьмы, ни ноты ложной,
И лишь хвалой полны уста,
Где одесную славы Божьей
Сияет вечный лик Христа.

Он с нами был, в уничиженье
Понес наш грех. И вслед за Ним
Идем тропою возрожденья
В град Божий Иерусалим!

Бородулина Ю.

кто автор, не знаю,даис т.з. каноническогобогословия некоторые строфы спорны, но очень красиво!
Духовно.

Дева светлая, Дева чистая,
Богородица Свет-лучистая!
Дева мудрая, Матерь Вечная,
О, душа моя бесконечная!

За веками снов ты сокрытая,
Вязью ветхих слов ты увитая
И упрятана за покровами,
Обездвижена под оковами…

Но во мраке свет зарождается
И наружу в мир пробивается,
Поддается духу материя,
Раскрывает тайны мистерия…

И душа моя, Дева чистая,
На земле живет, серебристая,
В океане вечном купается,
От Истока сил набирается…

Свет от Света души рождаются,
Скрытой истиной вдохновляются,
И набравшись трудного опыта
К ней восходят – молча, без ропота…

Ты открой мою душу, прозрение,
Да омой чистотою под сению
Моего Отца – Света Вечного,
Моей матушки, Любви-Мудрости…

В золотой реке искупай меня,
Причаститься дай твоего огня
И раскрыться сердцем в служении,
Чтоб другим светить в восхождении…

Она любила. Он не знал.
Она мечтала и страдала.
Он выбор сделал, не сказал,
Она об этом не узнала.

...

Это как у Лермонтова:

Они любили друг друга так долго и нежно
С тоской глубокой и страстью безумно-мятежной
Но, как враги, избегали признанья и встречи
И были пусты и хладны их краткие речи
Они расстались в глубоком и гордом страданье
И образ милый порою во сне лишь видали
И смерть настала, наступило за гробом свиданье,
Но в мире новом друг друга они не узнали.

Написала по памяти, так что возможны неточности. :-)

о. Николай Гурьянов:

[CENTER]НЕ РОПЩИ[/CENTER]

[INDENT=7]Не ропщи, человек,
Что ты мал и не знатен,
Что прожитый твой век,
Дня людей непонятен.
Он назначен тебе
Тем, Кто жребий служенья
Раздает на земле;
То - Его назначенье.
Не ропщи, беднота,
Без угла и без хлеба,
Знай - твоя тягота,
Дар особенный неба...
Не ропщи ты, больной
Долголетним недугом,
Через Крест тот святой
Будешь Господу другом.
Не ропщи, что хула
Твою жизнь отравляет,
Знай - земли похвала
Мзду небес уменьшает.
Не ропщи, что друзья
Тебя бросили в горе, -
Бог не бросит тебя
В этом жизненном море.
Бедность, зло и недуг -
Все закроет могила,
Сбереги чистым дух -
В этом истины сила.
Верь, надейся, терпи
Чашу бед - без сомнений,
И спасешь душу ты
Для небесных селений.[/INDENT]

Афанасий Фет
Когда Божественный бежал людских речей
И празднословной их гордыни,
И голод забывал и жажду многих дней,
Внимая голосу пустыни,

Его, взалкавшего, на темя серых скал
Князь мира вынес величавый.
«Вот здесь, у ног твоих, все царства, - он сказал, -
С их обаянием и славой.

Признай лишь явное, пади к моим ногам,
Сдержи на миг порыв духовный -
И эту всю красу, всю власть тебе отдам
И покорюсь в борьбе неровной».

Но Он ответствовал: «Писанию внемли:
Пред богом господом лишь преклоняй колени!»
И сатана исчез - и ангелы пришли
В пустыне ждать его велений.

Нашла на другом форуме, автор не был указан, из журнала "Наследник"

Я забываю после душа опять надеть крест
И пропускаю литургию, чтобы спать лишний час,
Но я взываю к Тебе из таких безумных мест-
Во имя чье, не разберешь, но Ты и там среди нас.

Мне снились чьи-то голоса- "своим путем", "ни за кем",
И "сколько можно цепляться", и "пора бы давно",
Но Ты веди меня за руку, пока не надоем,
И даже если надоем, веди меня все равно.

Ведь без руки Твоeй не быть ни морю, ни кораблю,
Ведь у Тебя в руке небо, как серебряный флаг.
Еще беда моя, Господи, - людей не люблю,
Но дай мне силы поступать, как будто это не так.