ЧЕЛОВЕКООБРАЗНЫЕ

Марина Кирикова

Участник

Присоединились: 2013-08-28 10:43:01

2010-05-22 20:34:23

Человекообразные

Предисловие .Вот как началось. "Сказал Бог: сотворю человека по образу Нашему и по

подобию Нашему" (Бытие 1, 26). И стало так. Стал жить и множиться человек, передавая

от отца к сыну, от предков к потомкам живую горящую душу - дыханье Божие. Вечно было
в нем искание Бога и в признании, и в отрицании, и не меркнул в нем дух Божий вовеки.

Путь человека был путь творчества. Для него он рождался, и цель его жизни была в нем.

По преемству духа Божия он продолжал созидание мира. "И сказал Бог: да произведет

земля душу живую по роду ее, скотов и гадов и зверей земных по роду их" (Бытие 1, 24).

И стало так. Затрепетало влажное, еще не отвердевшее тело земное, и закопошилось в

нем желание жизни движущимися мерцающими точками - коловратками. Коловратки

наполняли моря и реки, всю воду земную, и стали искать, как им овладеть жизнью и

укрепиться в ней. Они обратились в аннелид, в кольчатых червей, в девятиглазых с

дрожащими чуткими усиками, осязающими малейшее дыхание смерти. Они обратились в

гадов, амфибий, и выползали на берег, и жадно ощупывали землю перепончатыми лапами,

и припадали к ней чешуйчатой грудью. И снова искали жизнь, и овладевали ею. Одни

отрастили себе крылья и поднялись в воздух, другие поползли по земле, третьи

закостенили свои позвонки и укрепились на лапах. И все стали приспособляться, и

бороться, и жить. И вот, после многовековой работы, первый усовершенствовавшийся гад

принял вид существа человекообразного. Он пошел к людям и стал жить с ними. Он

учуял, что без человека ему больше жить нельзя, что человек поведет его за собой в

царство духа, куда человекообразному доступа не было. Это было выгодно и давало

жизнь. У человекообразных не было прежних чутких усиков, но чутье осталось.

***

Люди смешались с человекообразными. Заключали с ними браки, имели общих детей.

Среди детей одной и той же семьи приходится часто встречать маленьких людей и маленьких

человекообразных. И они считаются братьями. Но есть семьи чистых людей и чистых

человекообразных. Последние многочисленнее, потому что человекообразное сохранило

свою быстроразмножаемость еще со времен кольчатого девятиглазого периода. Оно и

теперь овладевает жизнью посредством количества и интенсивности своего

жизнежелания.

***
Человекообразные разделяются на две категории: человекообразные

высшего порядка и человекообразные низшего порядка. Первые до того приспособились к

духовной жизни, так хорошо имитируют различные проявления человеческого разума, что

для многих поверхностных наблюдателей могут сойти за умных и талантливых людей. Но

творчества у человекообразных быть не может, потому что у них нет великого Начала. В

этом их главная мука. Они охватывают жизнь своими лапами, крыльями, руками, жадно

ощупывают и вбирают ее, но творить не могут. Они любят все творческое, и имя каждого

гения окружено венком из имен человекообразных. Из них выходят чудные библиографы,

добросовестные критики, усердные компиляторы и биографы, искусные версификаторы.

Они любят чужое творчество и сладострастно трутся около него. Переписать стихи поэта,
написать некролог о знакомом философе или, что еще отраднее, - личные воспоминания о
талантливом человеке, в которых можно писать "мы", сочетать в одном свое имя с именем

гения. Сладкая радость жужелицы, которая думает об ангеле: "Мы летаем!.." В последнее

время стали появляться странные, жуткие книги. Их читают, хвалят, но удивляются. В них
все. И внешняя оригинальность мысли, и мастерская форма изложения. Стихи со всеми

признаками принадлежности к модной школе. Но чего-то в них не хватает. В чем дело?

Это - приспособившиеся к новому движению человекообразные стали упражняться.

***
Человекообразные низшего порядка менее восприимчивы. Они все еще ощупывают

землю и множатся, своим количеством овладевая жизнью. Они любят приобретать вещи,

всякие осязаемые твердые куски, деньги. Деньги они копят не сознательно, как человек,

желающий власти, а упрямо и тупо, по инстинкту завладевания предметами. Они очень

много едят и очень серьезно относятся ко всяким жизненным процессам. Если вы вечером
где-нибудь в обществе скажете: "Я сегодня еще не обедал", - вы увидите, как все

человекообразные повернут к вам головы.

***
Человекообразное любит труд. Труд это его

инстинкт. Только трудом может оно добиться существования человеческого, и оно

трудится само и заставляет других трудиться в помощь себе. Одна мгновенная творческая
мысль гения перекидывает человечество на несколько веков вперед по той гигантской

дороге, по которой должно пробраться человекообразное при помощи перепончатых лап,

тяжелых крыл, кольчатых извивов и труда бесконечного. Но оно идет всегда по той же

дороге, вслед за человеком, и все, что брошено гением во внешнюю земную жизнь, -

делается достоянием человекообразного.

***
Человекообразное движется медленно,

усваивает с трудом и раз приобретенное отдает и меняет неохотно. Человек ищет,

заблуждается, решает, создает закон - синтез своего искания и опыта.

Человекообразное, приспособляясь, принимает закон, и когда человек, найдя новое,

лучшее, разрушает старое, - человекообразное только после долгой борьбы отцепляется

от принятого. Оно всегда последнее во всех поворотах пути истории. Там, где человек

принимает и выбирает, - человекообразное трудится и приспособляется.

***

Человекообразное не понимает смеха. Оно ненавидит смех, как печать Бога на лице

души человеческой. В оправдание себе оно оклеветало смех, назвало его пошлостью и

указывает на то, что смеются даже двухмесячные младенцы. Человекообразное не

понимает, что есть гримаса смеха, мускульное бессознательное сокращение,

встречающееся даже у собак, и есть истинный, сознательный и не всем доступный

духовный смех, порождаемый неуловимо-сложными и глубокими процессами. Когда люди

видят что-нибудь уклоняющееся от истинного, предначертанного, уклоняющееся

неожиданно-некрасиво, жалко, ничтожно, и они постигают это уклонение, - душой их

овладевает бурная экстазная радость, торжество духа, знающего истинное и прекрасное.
Вот психическое зарождение смеха. У человекообразного, земнорожденного, нет духа и

нет торжества его - и человекообразное ненавидит смех. Вспомните: в смеющейся толпе

всегда мелькают недоуменно-тревожные лица. Кто-то спешит заглушить смех, переменить
разговор. Вспомните: сверкают злые глаза и

сжимаются побледневшие губы... Некоторые породы человекообразных, отличающиеся

особой приспособленностью, уловили и усвоили внешний симптом и проявление смеха. И

они смеются. Скажите такому человекообразному: "Слушайте! Вот смешной анекдот", - и

оно сейчас же сократит мускулы и издаст смеховые звуки. Такие человекообразные

смеются очень часто, чаще самых веселых людей, но всегда странно - или не узнав еще

причины, или без причины, или позже общего смеха. В театре на представлении веселого

водевиля или фарса - прислушайтесь: после каждой шутки вы услышите два взрыва

смеха. Сначала засмеются люди, за ними человекообразные.

***

Человекообразное не

знает любви. Ему знакомо только простое, не индивидуализирующее половое чувство.

Чувство это грубое и острое обычно у человекообразных, как инстинкт завладевания

землею и жизнью. Во имя его человекообразное жертвует многим, страдает и называет

это любовью. Любовь эта исчезает у него, как только исполнит свое назначение, то есть

даст ему возможность размножиться. Человекообразное любит вступать в брак и блюсти

семейные законы. Детей они ласкают мало. Больше "воспитывают". О жене говорят: "Она

должна любить мужа". Нарушение супружеской верности осуждают строже, чем люди,

как и вообще нарушение всякого закона. Боятся, что, испортив старое, придется снова

приспособляться. Человекообразные страстно любят учить. Из них многие выходят в

учителя, в профессора. Уча - они торжествуют. Говоря чужие слова ученикам, они

представляют себе, что это их слова, ими созданные.

***
За последнее время они

размножились. Есть неоспоримые приметы. Появились их книги в большом количестве.

Появились кружки. Почти вокруг каждого сколько-нибудь выдающегося человека сейчас

же образуется кружок, школа. Это все стараются человекообразные. Они притворяются

теперь великолепно, усвоили себе ухватки настоящего человека. Они лезут в политику,

стараются пострадать за идею, выдумывают новые слова или дико сочетают старые,

плачут перед Сикстинской мадонной и даже притворяются развратниками. Они стали

выдумывать оригинальности. Они крепнут все более и более и скоро задавят людей,

завладеют землею. Уже много раз приходилось человеку преклоняться перед их волей, и

теперь уже можно думать, что они сговорились и не повернут больше за человеком, а

будут стоять на месте и его остановят. А может быть, кончат с ним и пойдут назад

отдыхать. Многие из них уже мечтают и поговаривают о хвостах и лапах...