«Никто еще не озлобился от добра. Приходит женщина, жалуется на мужа — пьет, обижает ее. Я говорю ей: «Не запил же он от домашних пирогов». Нет, наверно, было что-то, что огорчало его, и чтобы как-то смягчить переживания, он стал понемногу выпивать, становилось легче. Но вот втянулся, привык и теперь не’ может бросить.

«Наверняка ты чем-то огорчила его, своим образом жизни, поведением, а если нет, то мыслями. Может быть, когда выходила за него, была чем-то недовольна, имела помыслы, а брак— святыня». Брачный мир нельзя ничем нарушать, а нарушается он не только словами и поступками, но и мыслями, потому что слова — это озвученные мысли.

Господь сказал нашей праматери Еве, что за то, что она послушалась змия, отныне ее воля будет в подчинении воле мужа. Но это не слепое подчинение, а заповедь, чтобы у супругов не было разномыслия, чтобы они жили единым духом. Церковь постоянно молится о том, чтобы славить Бога единым сердцем и единым духом. Муж и жена — два тела в одном, единомышленники; чего хочет муж, того же хочет и жена, и наоборот. Когда это так — вот мир, вот рай.

Господь подчинил волю женщины власти мужа — неважно, каков он, хорош или плох. Для наших матерей слово мужа должно быть свято, а это очень трудно, они не могут с этим согласиться, нарушают заповедь и, нарушая ее, причиняют зло и себе, и мужу, и детям. По этой причине нет мира в семье, из-за непослушных жен.

Во время фашистской оккупации в 1943 году приехала одна верующая из Белграда, привезла какие-то вещи, зимнее пальто и еще что-то и говорит, что у одной ее подруги есть тяжелобольная дочь, девочка девяти лет, парализованная, умственно отсталая. Мать хотела бы причастить ребенка и просит меня усердно молиться об исцелении ее дочери. Я согласился. Молился, усердно молился, и на меня напал дух блуда! О, люди, не могу больше молиться! Побежал к духовнику, говорю ему: «Как только перестану молиться, приходит мир, а молюсь — теряю мир!»

И когда я пришел к духовнику, он говорит мне: «Молись! Молись!» А потом я увидел, что и у преподобного Серафима Саровского были подобные искушения. Так вот, как только оставлю молитву за нее — мир, а начну — опять то же самое.

Когда она пришла в следующий раз, я ее спросил: «Она твоя подруга, вы откровенны друг с другом, можешь что-нибудь о ней рассказать? У меня большие искушения, когда я молюсь за нее». Она рассказала, что та женщина оставила мужа и муж в сердцах предрек ей болезнь ребенка. Тогда я понял, какова власть мужа над женой. Так же как и родителей над ребенком и духовных родителей — епископа в епархии и священника в приходе».