В Дни празднования Крещения Руси мы вновь и вновь обращаемся к событиям тех далеких дней, радуемся сделанному выбору и дивуемся мудрости и прозорливости равноапостольного князя.

В Повести Временных лет повествуется о последовательном приходе к Владимиру Святославовичу посольств от мусульман, латинян, хазарских иудеев  и, наконец, из Византии, каждое из которых убеждает киевского князя принять их веру. По разным причинам Владимир отказывает первым 3 посольствам и благосклонно выслушивает пространную «Речь философа», который кратко опровергает учение мусульман, латинян и иудеев, сжато излагает ветхозаветную историю, ветхозаветные пророчества об отвержении иудеев и пришествии Спасителя, затем переходит к событиям новозаветным и, наконец, производит большое впечатление на князя, нарисовав перед ним яркую картину Страшного Суда.

После этого Владимир Святославович по совету дружины отправляет собственные посольства «в болгары», «в немьци» и «в греки» «испытати... их службу». Побывав в мусульманской мечети, латинской церкви и на Патриаршей службе в Царьграде, русские послы возвращаются, пораженные красотой греческого богослужения («не свемы, на небе ли есмы были ли на земли»). В результате князь и дружина решают принять «закон гречьскии» еще и потому, что именно его в свое время приняла княгиня Ольга.

В отношении обстоятельств и времени крещения Владимира в древнерусских источниках нет единства.  Повесть Временных лет говорит: «Не сведуще право глаголють, яко крьстилъся есть в Киеве, и ини же реша в Василеви, друзии же инако скажють» Решив с дружиной принять святое крещение, князь «иде с вои на Корсунь, град гречьскии», осаждает его в течение 9 месяцев и захватывает в результате предательства некоего Анастаса Корсунянина.

После этого князь шлет послов в Константинополь, требуя отдать за него Анну, сестру византийских императоров Василия II и Константина VIII. Те, напуганные угрозами Владимира двинуться походом против Царьграда, уговаривают сестру выйти замуж за киевского князя при условии крещения последнего. Анна с группой священников прибывает в Корсунь. После этого Владимира Святославовича  поражает внезапная слепота, которая чудесным образом проходит после крещения князя местным епископом, затем происходит бракосочетание князя с царевной. После чего он с греческими священниками возвращается в Киев, где ниспровергает языческих кумиров и велит креститься киевлянам.

Первые шаги по христианизации Руси были предприняты В. С. немедленно после возвращения в Киев: разрушение языческих святилищ в столице и Крещение киевлян (вероятно, в 990) с помощью греческих священников, как прибывших с Анной, так и приведенных из Корсуни. В ближайшие годы аналогичные массовые Крещения были, надо полагать, предприняты и в других крупнейших городах Руси, хотя прямые указания на этот счет есть только относительно Новгорода. Важнейшим шагом стало учреждение в Киеве митрополии Константинопольского Патриархата, которое, очевидно, предусматривалось договором князя и императора Василия II либо явилось непосредственным его следствием.

Развернулось деревянное храмостроительство, о конкретных масштабах которого судить трудно, т. к. летопись выражается неопределенно: «повеле рубити цьркви и поставляти по местом, идеже стояху кумири... и нача ставити по градом цьркви и попы».

Народная память, отразившаяся в былинном эпосе, сохранила образ В. С. как радушного, хлебосольного киевского князя, Красного Солнышка («У ласкова князя Владимира,  У Солнышка, у Сеславьича, Было столованье, почетный пир...». Былинный цикл вокруг образа князя Владимира складывался уже в первые столетия после его смерти.

Церковное почитание
Проблемы становления почитания Владимира Святославовича и времени его канонизации остаются дискуссионными. Очень рано, уже вскоре после окончания усобицы Владимировичей, деятельность Крестителя Руси была осознана русскими людьми как благодатный подвиг равноапостольного государя. Это дает основания предполагать, что в правление Ярослава Мудрого были предприняты определенные шаги для церковного прославления князя Владимира. Однако вследствие отсутствия чудотворений или других причин его почитание не получило широкого распространения в те времена.

Однако уже в 1-й половине XV в. почитание Владимира Святославовича приобрело черты церковно-государственного празднования. Была сформулирована идея о преемственности Московской Руси по отношению к Киевской. Неотъемлемой частью формуляров великокняжеских грамот стало обращение к «нашему прародителю, святому и равноапостольному великому князю Киева и всея Руси Владимиру».

В настоящее время равноапостольному Просветителю Руси посвящают новооткрывающиеся обители и храмы. А его имя стало национальным достоянием для многих славянских стран.

© Sudba.net