Рождество подходило все ближе и ближе. В лавках и булочных уже показались елочные игрушки, пряничные коньки и рыбки с белыми каемками, золотые и серебрянные конфеты, от которых зубы болят, но все же будешь их есть, потому что они рождественские.

   За неделю до Рождества Христова нас отпустили на каникулы.

... Рождество стояло у окна и рисовало на стеклах морозные цветы, ждало, когда в доме вымоют полы, расстелят половики, затеплят лампады перед иконами и впустят его...

   Наступил слчельник. Он был метельным и белым-белым, как ни в какой другой день. Наше крыльцо занесло снегом, и, разгребая его, я подумал: необыкновенный снег, как бы святой! Ветер, шумящий в березах, тоже необыкновенный! Бубенцы извозчиков не те, и люди в снежных хлопьях не те... По сугробной дороге мальчишка в валенках вез на санках елку и, как чудной, чему-то улыбался.

   Я долго стоял под метелью и прислушивался, как по душе ходило веселым ветром самое распрекрасное и душистое на свете слово - "Рождество". Оно пахло вьюгой и колючими хвойными лапками.

   Не зная, куда девать себя от белизны и необычности сегодняшнего дня, я забежал в собор и послушал, как посредине церкви читали пророчества о рождении Христа в Вифлееме, прошелся по базару, где торговали елками, подставил ногу проходящему мальчишке, и оба упали в сугроб, ударил кулаком по залубеневшему тулупу мужика, за что тот обозвал меня "шулды-булды", перебрался через забор в городской сад (хотя ворота и были открыты).

В саду никого - одна заметель да свист в деревьях. Неведомо отчего бросился с разлету в глубокий сугроб и губами прильнул к снегу. Умаявшись от беготни по метели, сизый и оледеневший, пришел домой и увидел под иконами маленькую елку... Сел с нею рядом и стал петь сперва бормотой, а потом все громче да громче "Дева днесь Пресущественного раждает", - и вместо "волсви со звездою путешествуют" пропел: "волки со звездою путешествуют"

   Отец, послушав мое пение, сказал:

  - Но не дурак ли ты? Где это видано, чтобы волки со звездою путешествовали?...

                                                                                                                            В. Никифоров-Волгин

                                                                                                                              "Светлая заутреня"