Люди имеют привычку переставать думать тогда, когда мыслительный процесс начинает представлять трудности. А ведь именно тогда — справедливо заметил Лен Николаевич Толстой — мыслительная деятельность начинает быть по-настоящему плодотворной.

Человек чувствует, что решение стоящих перед ним вопросов требует напряженного, часто мучительного труда, и ему хочется увильнуть от этого. Ведь это требует еще и напряжения воли, которая ослабла, внимания, которое легко рассевается, и свежих мыслей, которые просто не могут появиться в мозге, не освободившемся от порабощения алкоголем.

Как только человека начинает мучить проблема принятия какого-то важного решения, он прибегает к одурманивающим средствам и тем самым отстраняется от беспокойства, вызываемого тревожащими его вопросами.

Чем дольше пьет человек, тем сильнее страдает его нравственность. А падение нравственности сказывается в потере стыда. Это прекрасно сформулировал Лев Николаевич Толстой: «Не во вкусе, не в удовольствии, не в развлечении, не в веселье лежит причина всемирного распространения гашиша, опиума, вина, табака, а только в потребности скрыть от себя указания совести».

Трезвому совестно украсть, совестно убить. Пьющему - ничего этого не совестно. Поэтому, если человек хочет сделать поступок, который совесть воспрещает ему, он берет и целенаправленно одурманивается. Все могут заметить, что безнравственно живущие люди более других склонны к одурманивающим веществам.

Способность испытывать чувство стыда утрачивается пьющими очень рано: паралич этого высокого человеческого чувства понижает человека в нравственном смысле гораздо больше, нежели любой психоз. Неудивительно, что рост заболеваемости и смертности, а так же преступности среди населения идет в строгом соответствии с уровнем потребления алкоголя. Последняя, как в зеркале, отражает этот уровень.

Даже при редко допускающихся приемах алкоголя человек незаметно для самого себя нравственно опускается: он месяцами, годами, а иногда и всю жизнь продолжает стоять перед теми же нравственными вопросами, которые не давали покоя трезвой, не одурманенной совести, ни на шаг, не продвигаясь к их разрешению.

А между тем в разрешении этих вопросов и состоит все движение жизни! Вот и стоит всю жизнь человек неподвижно на том же, когда-то усвоенном миросозерцании, упираясь при всяком наступающем периоде просветления все ту же стену, в которую он упирался 10—20 лет назад. И сознательно притупляет то острие мысли, которое могло бы пробить ее.

Как всякий яд, алкоголь, принятый в определенной дозе, приводит к смертельному исходу. Путем многочисленных экспериментов установлено наименьшее количество яда (из расчета на килограмм веса тела), которое необходимо для отравления и гибели животного — так называемый токсический эквивалент.

Из наблюдений за отравлениями людей этанолом выведен его токсический эквивалент и для человека. Он равен 7—8 граммов. Для человека в 64 кг смертельная доза будет равна 500 г чистого спирта. Если сделать подсчет для 40-градусной водки, то окажется, что смертельная доза равняется 1200 граммов. Для детей смертельная доза (на килограмм веса тела) в 4—5 раз меньше.

При поступлении в организм смертельной дозы температура тела снижается на 3-4 градуса. Смерть наступает через 12-40 часов.