Все с большим размахом празднуется в России день семьи, любви и верности. Приурочен он к православному празднику – дню памяти благоверных князьев Петра и Февроньи. В этот день мы обращаемся к обстоятельствам их жизни, чтобы в них найти для себя поддержку и терпение в браке.

Благоверный князь Петр был вторым сыном Муромского князя Юрия Владимировича. Он вступил на Муромский престол в 1203 году. За несколько лет до этого князь Петр заболел проказой, от которой никто не мог его излечить. Дева Феврония, крестьянка деревни Ласковой в Рязанской земле, была мудрой, ее слушались дикие животные, она знала свойства трав и умела лечить недуги, была красива, благочестива и добра. Князь пообещал жениться на ней после исцеления. Феврония исцелила князя, однако он не сдержал своего слова. Тогда болезнь возобновилась.

Петр велел посылать в Ласкаво к Февронье сватов, чтобы обручиться с нею в Солотчинском монастыре летом на Петров день.

Однако не всем по душе пришлась юная княжна. То и дело слышались наветы боярских жен. Озлобившиеся бояре на думе грозно постановили: "Если ты, князь, хочешь быть самодержцем, бери иную княгиню. А этой ни мы, ни жены наши не подчинимся".

Князь не пожелал расстаться с любимой супругой и вместе с нею покинул муромский престол. На ночлег пристали к берегу. Пока слуги ставили шатры, князь сел поодаль на камень и горько задумался. Жена подошла легкой походкой и подняла его с холодного камня. Подвела к костерку, в котором уже плясал огонь меж двух вбитых в землю кольев для подвешивания котла. " Поверишь ли, в милость Божью, если наутро эти колышки станут опять деревьями?" Князь ободрился, засмеялся негромко. Наутро они проснулись от удивленных криков, у пепелища вчерашнего костра по сторонам вытянулись два стройных, шумящих зеленой листвой деревца.

Между тем бояре в Муроме не поделили власти. Стали подсиживать, клеветать, коварно, безжалостно убивать друг друга. К тому же на город напал огонь.

Не прошло и трех дней, как на далеком берегу Оки перед шатром князя появились трясущиеся и униженные, в опаленной одежде люди. Упали ниц, в траву и плакали: "Прости ты нас, милосердный... Вернись. Избавь от греха".

Посоветовавшись с супругой, Петр согласился. И потянулись, поплыли годы. В делах княжеских и житейских. В постах и молитвах. Кроткая Февронья продолжала "творить многие чудеса". Она была словно сама любовь. Постоянно лечила, исцеляла людей. Заботилась о больных и сиротах. Строила дома призрения. За вдов заступалась. Помогала бедным монастырям. Да и Петр в ясном свете ее доброй души с годами сильно переменился. Время его княжения историки считают спокойным и благодатным.

Однако и к этим счастливым супругам подкралась старость. Они все чаще просили Бога о счастье - дать им возможность умереть в один день. Они и завещание написали - не разлучать их тела после смерти. Для этого по княжескому велению были вытесаны в одном камне два гроба с тонкою перегородкой.

Под конец жизни Петр и Февронья приняли монашество. Он наречен был в Спасском монастыре именем Давид. Она в женском Успенском монастыре - Ефросинией. Жаль, неведомо из летописи, какие духовные подвиги совершили супруги в монастыре, в одиночестве скудных келий. Так жили они несколько лет, не видя друг друга, лишь зная и чувствуя биение любящего родного сердца.

Но однажды теплым июльским днем, когда блаженная Ефросиния в узкой келье вышивала лик Богоматери на покрывале для храма Пресвятой Богородицы, в дверь постучали, и вошел встревоженный инок. "Сестра, я послан от брата твоего во Христе Давида. Он велел передать, что пришло время его кончины, но он ждет тебя. Чтобы вместе отойти к Богу". Старушка прервалась на минуту: "Не могу я тотчас с ним идти. Пусть подождет. Вот дошью, так сразу и буду к нему".

Инок бежал всю дорогу. И застал князя чуть живого. "Скажи Февронье моей, - прошептал умирающий, - все, ухожу. Ждать мочи нету". Бедный посланник с плачем вбежал к Февронье: "Князь ваш Петр с миром преставился. Отошел в вечный покой". Княгиня побледнела как снег. Встала и, подняв взгляд на Богородицу, трижды перекрестилась. Тихо провела рукой по неоконченному шитью. Воткнула иголку и, замотав вокруг нее нитку, стала тихо отходить к Богу. Случилось это, как говорится в Минеях, в лето 1228 года от рождества Христова. В 25 день июня месяца (по старому стилю).

После отпевания муромские бояре вспомнив, что монахов хоронить вместе нельзя, решили князя Петра схоронить в городе у соборной церкви. А гроб Февроньи поставили до утра в загородном женском монастыре. Однако наутро оба гроба оказались пустыми. Никто не знал, куда подевались тела новопреставленных. Выяснилось, что тела князя с княгиней находятся в общем гробу. Они, как хотели при жизни, лежали в одном каменном гробу, покрытые недошитым Февроньиным покрывалом.

Бояре решили, что это верные слуги ночью, тайно выполнили волю своих господ. Опять, разлучив тела, они отнесли их в разные церкви, до утра закрыли замки и засовы. Сторожа глаз не сомкнули. И вновь никто не углядел, как тела святых старцев опять оказались вместе. Так их и погребли.

С тех самых пор стали замечать: кто с молитвой припадает к святым мощам, получит исцеление, лад да любовь в семье. Так что и нам хорошо бы молиться святым влюбленным, которые жили долго, счастливо и умерли в один день.



© Sudba.net